Никас Сафронов (safronov_nikas) wrote,
Никас Сафронов
safronov_nikas

Те, кто полагает, что работа художника статична, что всю свою жизнь живописцы проводят стоя с кистью у мольберта, очень сильно ошибаются. Потому что современный художник не может себе позволить только творить в своей одинокой келье. Тогда ему неоткуда будет черпать содержание своих картин, тогда он перестанет понимать, чем живет человечество и не сможет отображать действительность. Благо, мне не приходится долго выдумывать, какой бы город посетить – мой график полон интересных предложений. На сей раз в компании близких друзей я направился в Димитровград Ульяновской области. Забегая вперед, не могу не напомнить, что Ульяновск – это мой родной город, который, по случаю пребывания в родных краях, я так же не мог не посетить.

Пять лет назад один мой приятель предложил мне любопытное предприятие, которое показалось мне заманчивым: повесить на унылых домах Димитровграда билборды с репродукциями моих картин. В качестве эксперимента я дал добро разместить где-то десяток таких билбордов. Это не будет самоуверенно, если я скажу, что город стал ярче. Подтверждением сему служит то, что вскоре очень многие компании захотели разместить на домах рекламные щиты со своей продукцией и услугами. Разумеется, подвергаясь на улице всем погодным невзгодам, спустя пять лет билборды пришли в негодность. Требовалась замена. И мое присутствие при этом. Целый год я откладывал свой приезд – слишком много забот было в делах художника. Но, наконец, появилось еще несколько поводов посетить Ульяновск и его область, что делало мою поездку продуктивной. Сложилась ситуация, при которой отказаться приехать было бы неудобно. Во-первых, я был приглашен на мастер-класс в Ульяновский Государственный университет, где являюсь профессором. Во-вторых, мне сообщили, что в мою честь намереваются назвать набережную. Такие события не пропускают!

Все началось еще по пути в аэропорт Внуково. Все мои друзья и помощники знают, что я всегда опаздываю. Но на сей раз, как не странно, я приехал вовремя. Нестранно потому, что «собирать» во Внуково мои друзья меня начали с самого утра, хотя рейс был только в 20.40. Необычайно «заранее» для меня – в 20.20 я занял свое место в самолете. А тот поднялся в воздух только через 3.5 часа – нелетная погода и все тут. Благо, с собой у меня был iPod, и я мог, расслабившись, смотреть фильмы.

В Ульяновск я с сопровождавшими меня друзьями приземлился только ночью. После ужина в самолете, который был вкусным, но незначительным, мы решили посетить какой-нибудь местный ресторанчик. Только мы уселись за столик, как, к моему сожалению, я оказался узнанным каким-то местным авторитетом, назвавшимся Пашей. Мы напряглись и ожидали многого, но только не того, что произошло в следующую секунду. Паша начал «грузить» меня своими проблемами личного характера, спрашивать совета, как ему поступить: бросить жену, с которой его связывало все, кроме любви, или уйти к любовнице, с которой его ничего не связывало, кроме любви и ее вечных истерик. Душеизлияния, казалось, никогда не кончатся, но все-таки авторитет Паша выговорился и, не дожидаясь совета, тихо ушел, только и буркнув в нашу сторону: «Спасибо, мужики».

На следующее утро мы отправились в Димитровград. Мэр города узнал о моем визите всего за 30 минут до моего прибытия, но (что мне было особенно приятно и что достойно уважения) отложил важное совещание и оказал мне аудиенцию. Именно от него я и узнал, что набережная все же будет названа именем Никаса Сафронова, только из его уст это прозвучало тем более торжественно и заслуженно. Не забыли мы и об изначальном поводе, мотивировавшем меня посетить Димитровград – поменять потерявшие вид билборды с моими картинами. Глава города Горшенин Николай Анатольевич оказался творческим человеком. Ему понравилась идея увеличить число баннеров с моими картинами, которые, по его мнению, являются украшением города. Более того, он согласился взять на себя расходы на установку теперь уже 40 штук.

После встречи с мэром я отправился в гостиницу «Венеция», где всегда размещаюсь, когда посещаю Ульяновскую область. Но на передышку я смог позволить себе выделить всего полчаса, потому что далее меня ждала, как меня предупредил организатор моей поездки в Димитровград, встреча с журналистами. И тут-то я понял, почему меня так настойчиво заманивали в Димитровград! Пресс-конференция Никаса Сафронова оказалась PR-компанией фирмы Zepter, производящей посуду. Выяснилось, что тот человек, который вызвался меня сопровождать, являлся сотрудником это фирмы и заявил своему начальству, что «может даже самого Никаса Сафронова из Москвы привести». Надо отдать ему должное, свое обещание он выполнил. Но это единственная его заслуга, после которой, я не предполагаю, он не останется работать в своей компании. Ведь он не мог предугадать, что я пользуюсь только продукцией компании-конкурента TUPPERWARE, о чем четко заявил перед гостями и журналистами.

Желая избавиться от неприятного впечатления, мы с друзьями решили его в прямом смысле этого слова смыть. Причем не где угодно, а в святых водах Волги. Вода оказалась теплой. Впрочем, я вынужден признать, что река значительно измельчала.

3 часа сна – и уже мастер-класс в Ульяновском Государственном Университете. Я поразился: учебный год еще не начался, август на дворе, а в аудитории собралось 300 человек. На протяжении часа 300 пар глаз, внимательных, улавливающих и впитывающих каждое мое движение, внимали тому, что я рассказывал. Не знаю, как студенты, а я остался очень доволен.

После университета – снова в путь: получасовой визит у мэра города Ульяновска и мягкие кресла двухпропеллерного бразильского самолета, который должен был домчать нас за несколько часов обратно до Москвы. Последними, кто зашел на борт самолета, были пятеро ортодоксальных евреев, одного из которых я хорошо знал. Те специально приезжали в Ульяновск, чтобы читать тору в преддверии одного из еврейских праздников. По дороге мы сдружились, через свой iPod я показывал картины, многие из которых, опять же к моему удивлению, оказались знакомы моим попутчикам. Не скрою – приятно. Время в полете пролетело незаметно и весело. Мы успели и похохмить, развлекаясь анекдотами, и договориться о проведении выставок моих полотен в Израиле и Германии.

Вернувшись домой, я не смог позволить себе отдых. Меня ждал эфир на телеканале «Домашний», где я выступил в роли эксперта в телепрограмме «Скажи, что не так». Мне пришлось давать советы 6 неблагополучным парам, как им следует строить отношения. Про себя я посмеялся – ценю самоиронию – вспомнив ульяновский опыт с авторитетом Пашей.

После эфира, перед тем, как отправиться с мастерскую и приступить к работе, я встретился со своим приятелем Кириллом Шабановым. Мы зашли в «Шоколадницу» на Покровке. Только стоило нам занять столик, как к нам подошел здоровый амбал, представившийся поэтом Алексеем Корчагиным. С кружкой пива в руке, извиняясь и кряхтя, он сказал, что помнит меня со времен своей работы охранником в клубе «А» на Новом Арбате, посетителем которого я являюсь. Памятуя об этом, он решил доверить мне одно из лучших своих поэтических творений. От отчаяния я только глубоко вздохнул: неужели на моем лице написано, что мне можно изливать душу? Но Алексей не заметил выражения моего лица. Наоборот, воодушевившись встречей, запинаясь, забывая слова, долго и нудно и пытался произнести какой-то текст, меньше всего напоминавший поэзию. Наконец заметив наши незаинтересованные лица, «поэт» стукнул кружкой пива по нашему столу и удалился. Но только для того, чтобы вернуться с новой, полной кружкой пива и объяснить нам, как мы не правы, не распознав его силлабо-тонический дар. Снова сбивчиво, запинаясь, тысячу раз извиняясь, он попытался прочесть еще одно стихотворение. Но эффект был прежним. Снова обида в глазах «творца», снова демонстративный уход и надменное возвращение. Правда, уже без пива, но с предупреждением: «Я бывший десантник».

- Это угроза? – спросил я.

- Нет, ну что вы, – впервые Алексей произвел связную речь.

Устав от «потока сознания» самоуверенного «литератора», теперь мы, недопив свой кофе, направились к выходу из кафе. Гражданин Корчагин последовал за нами, пытаясь на ходу прочесть еще что-то, постоянно перебивая самого себя уверениями, что вот этот стих точно самый лучший. Он отстал. Но на следующий день на мой сайт прислал извинительное письмо и… все свои стихи…

Я дорвался до мастерской! Работал с удовольствием, воодушевленно. Соскучился по своим кистям. Поэтому писал не до 7 утра, как это бывает обычно, а до 9.

Трехчасовой сон. И предвкушение чудесного события. Юбилей моего друга Торкунова Анатолия Васильевича. В подарок я написал его портрет. Вручая его и слыша благородное «спасибо» в ответ, поднимая бокалы за здоровье своего друга, я получил колоссальное удовольствие от общения с этим замечательным, тонким, умным собеседником. И я вновь убедился, что общение с достойными людьми придает бодрость духа и заряжает позитивным настроением.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments